Клив опустился на колени и тихо спросил:

- Ты меня слышишь?

- Да.

- Я знаю, тебе очень больно. Траско любит поработать кнутом, хотя его мать запрещает ему бить рабов, так что Траско принимается за дело, только когда старуха уезжает к своей семье в Халифат. Тебе не повезло: сейчас ее нет дома. Траско запретил до утра купать тебя и снимать с тебя эти лохмотья. Я не могу ослушаться его, но по крайней мере я промою тебе спину и принесу мазь, о которой он говорил. Скоро он пришлет тебе еду, чтобы ты начал жиреть.

- Я знаю, о чем он говорил.

- Тогда я не стану повторяться.

- И не надо. Я вовсе не бельчонок. Хозяин твой - просто дурак, жирный урод, вот он кто.

- Звериную кличку тебе даст старая Эфта. Траско только старается подобрать тебе имя прежде, чем это сделает она.

- Оба они старые идиоты. Клив нахмурился: мальчик по-прежнему держался вызывающе, Траско этого не потерпит.

- Ты слышал, что Траско говорил о Каган-Русе?

- Ну да, он хочет подарить меня его сестре. А кто такой Каган-Рус?

- Ты что, совсем ничего не знаешь? Это же владыка Киева. Он очень богат, а старая Эфта еще богаче, поэтому князь ее ненавидит, но она может заставить его поступать так, как она хочет. Когда она им довольна, то говорит ему - ты мой славный бычок, а если решит его поддразнить, зовет жучком болотным. Траско хочет, чтобы меха, и особенно горностай, Эфта покупала только у него, потому что она берет много товара. Она очень толстая женщина, даже толще, чем Траско. Он подарит тебя ей, чтобы поправить свои дела.

- Ты хорошо рассмотрел меня? Голос мальчика звучал необычно, но Клив в ответ сказал только:

- Ну да, выглядишь ты плоховато, но, когда ты раскормишься, станешь куда лучше, по крайней мере, Траско на это рассчитывает. Я надеюсь, когда смоется вся грязь, ты не окажешься уродцем.

- Еще как окажусь. Клив нахмурился сильнее: